Информационно-аналитическое издание

Боевой гопак для виолончели с хором

Версия для печатиВерсия для печати

1 июня во всем мире отмечается Международный день защиты детей. На Украине же с 1998 года отмечается День защиты детей, причём при его введении учитывалась в первую очередь Конвенция о правах ребёнка, определяющая права детей на образование, пользование достижениями культуры, на отдых и досуг.

И с каждым годом приходят новшества. Не «оставили» детей без внимания и в нынешнем году. Государство решило декоммунизировать музыкальное образование.

Причем во второй половине мая деятельность так называемых декоммунизаторов во всех областях украинской жизни сложилась в интересный пазл. Во-первых, национальным видом спорта стал боевой гопак. Во-вторых, грянула очередная порция переименований. В этот раз они выглядели особо символично: переименование двух железнодорожный станций Киев-Октябрьский и Киев-Московский показали, по какому пути идут декоммунизаторы. Первое — якобы избавление от социалистического наследия (или, как формулируют на Украине, борьба с тоталитарным прошлым), а второе — разрыв всяких культурно-исторических связей с Россией. Ну и гопак рулит. Боевой.

Но ещё дальше пошли в Министерстве культуры, объявив о начале Всеукраинского конкурса на составление новых программ для школ искусств. В них предполагается заменить новыми существующие программы для таких предметов, как сольфеджио, виолончель (!), сольное эстрадное пение и симфонический оркестр.

Начать хотелось бы с оркестра, потому что своего симфонического не имеют даже областные филармонии крупных городов Украины. Это – редкость, это – роскошь. И где, как ни в Министерстве культуры, осведомлены о том, что в музыкальных школах, переживающих на Украине, мягко говоря, не лучшие времена, теперь даже свой камерный оркестр редкость? В лучшем случае педагоги ухитряются составить ансамбли из редеющего с каждым годом контингента. В каждой школе они свои и общую программу для них представить уж совсем сложно. Да и зачем?

Эстрадное пение, наоборот, сегодня в моде. Родители с удовольствием отдают ребенка учиться не игре на классическом инструменте (использующемся в симфоническом оркестре, на ту же виолончель), а выступлению на сцене. Чтобы их чада пели, как Тина Кароль или Светлана Лобода.

Но вот незадача. Новые программы и тут не нужны. Репертуар в таких эстрадных студиях при школах искусств давно уже определен учителями. Чтобы песню взяли в городские концерты, где обычно и развлекают зрителей учащиеся эстрадных отделов, она должна быть патриотичной, ритмичной, бодрой, с повторяющимся припевом про Украину.

Темы этих песен, которые у всех эстрадных детских коллективов Украины теперь на одно лицо, — нехитрые. «Украина, Украина ты у нас одна едина», «Наша мова калинова, наша мова лучше всех» — вот, пожалуй, и все. Они, примитивные мелодически, пустые по текстовому содержанию, актуальны для любого сценария городского концерта — только наряди детей в эстрадные костюмы с вышивкой, веночки и ленты.

А что же должно быть в новых программах, по мнению украинского Минкультуры?

При составлении рекомендованного репертуара для музшкол там призывают «учитывать требования законодательных актов», таких как закон Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики».

Также новые программы рекомендуют написать с учетом постановления Верховной рады «Об Обращении Верховной Рады Украины к Организации Объединенных Наций, Европейскому Парламенту, Парламентской Ассамблее Совета Европы, Парламентской Ассамблее НАТО, Парламентской Ассамблеи ОБСЕ, Парламентской Ассамблеи ГУАМ, парламентам стран мира о признании Российской Федерации государством-агрессором».

И обязательно в новых программах должен быть отражен приказ МОН Украины «Об утверждении концепции национально-патриотического воспитания детей и молодежи», где высказаны «предостережения о декоммунизации, агрессии Российской Федерации и временно оккупированных территорий».

Как это можно отразить в репертуаре, может понять только человек, который в свое время в доклад о Моцарте мог без проблем вставить «выполнение решений XX съезда партии».

Кстати, о Моцарте. Никаких больше Чайковских и Кабалевских! В министерстве предупреждают, что «отдадут предпочтение программам, которые разработаны на основе лучших образцов украинской народной, классической и современной музыки, а также произведений современных украинских композиторов» (где ж их взять-то собираются? — Я.В.). И тем, которые «опираются на передовой современный европейский и мировой опыт преподавания предмета».

Может быть, такие программы нужны на уроках сольфеджио или даже виолончели? Там, поди, по старинке водят смычком по струнам, пытаются выучить «Элегию» Массне или, что совсем ни в какие ворота, Рахманинова?

Увы. Самое интересное, что учителя музыкальных школ — преподаватели сольфеджио, например, — ничего не знают о том, что министерство объявило конкурс и они сами могли бы послать туда свои разработки. То есть министерство, его сайт и объявления, живут сами по себе, школы — отдельно.

А узнавшие новость учителя искренне изумляются: зачем? Зачем нужны новые программы? Ведь те, которые сейчас используются для уроков по сольфеджио, достаточно новы. Их ввели уже во второй половине первого десятилетия нынешнего века.

Переписывать их нужды нет. «Лучше бы нас учебниками обеспечивали, как было в советское время», — замечают они. Старые, 1982 года, экземпляры пособия «Сольфеджио» Б. Калмыкова и Г. Фридкина приходится ксерокопировать и заниматься по листочкам…

Что такого можно декоммунизировать в упражнениях по сольфеджио, на которых ученики изучают теорию музыки, счет длительностей или интервалы между нотами, никому не понятно.

Списать с корабля истории музыки знаменитого детского педагога и композитора Дмитрия Кабалевского? За его песню на слова А. Пришельца «То березка, то рябина, куст ракиты над рекой. Край родной, на век любимый, где найдешь еще такой»? Наверное. Тут ведь и идеологически чуждая березка, и непонятная ракита (не нужна она украинским детям), и подозрительное «где найдешь еще такой»?..

Да только песню эту давно никто уже не поет. Даже в хоре.

А вот по такому предмету, как «Музыкальная литература», советские композиторы, действительно, изучаются. В последнем классе школы в разделе «Музыка XX века». Например, Прокофьев, «Петя и волк». Тему эту дети обожают…

«Не знаю,— признается мне учительница сольфеджио, — не знаю, что они собрались менять в программах, что декоммунизировать. У нас по определению нет советских песен. А если и попадется русская народная песня (как, впрочем, чешская или белорусская), то идет она фрагментарно, в виде упражнения, без слов. Это одни ноты, которые надо записать по слуху или сольфеджировать... Думаю, в министерстве просто отмывают деньги, продвигают своих «авторов программ», чтобы перевести им финансирование из бюджета. Для школ сегодня актуальны совсем иные проблемы. Те же учебники, пособия, рабочие тетради, другая нотная литература, которую никто давно не закупает для библиотек».

Вот такой гопак.

А между тем в Киеве поднялся неимоверный визг в связи с тем, что Путин в Версальском дворце «украл украинскую королеву Франции Анну».

Вот такая жизнь.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору