Информационно-аналитическое издание

Черноморский флот: модернизация и «газофлотский» тупик

Версия для печатиВерсия для печати

13 мая сего года Черноморский флот России торжественно отмечает своё 230-летие. В этот день в далёком 1783 году отряд из одиннадцати судов Азовской флотилии под командованием вице-адмирала Федота Клокачёва зашёл для постоянного базирования в Ахтиарскую бухту. Это событие считают началом существования регулярного Черноморского флота России. С тех пор он пережил великое множество героических и трагических моментов, богата и насыщенна его славная история.

Чёрное море как главная зона ответственности

После распада Советского Союза Черноморский бассейн превратился в зону геополитического противостояния России и Запада. В нём произошли большие изменения геополитической конфигурации, в результате чего России досталась лишь небольшая полоска черноморского побережья, «горячие точки» у границ и натянутые отношения с новоиспечёнными соседями. Содержание Россией там боеспособного военно-морского флота, способного гарантировать защиту её национальных интересов, является насущной необходимостью.

Вакуум сил в стратегически важных точках земного шара имеет свойство заполняться, и сценарий появления базы 6-го флота США в том же Севастополе в случае вывода оттуда Черноморского флота не кажется особо фантастическим. Тем более ещё в середине 1990-х годов конгресс США объявил Чёрное море зоной американских жизненных интересов.

Чем бы ни был продиктован бурный интерес западных структур к Чёрному морю, с 1991 года оно последовательно превращается во внутреннее озеро блока НАТО и пограничье Европейского союза. Перед Россией вновь ставят «восточный вопрос», пусть и в новой формулировке. США, НАТО и ЕС едины в своём стремлении вытеснить Россию из её прежней сферы влияния, частью которой исторически являются страны Черноморского региона. Посредством увеличения своей береговой линии на Чёрном море Североатлантический альянс достиг геостратегического перевеса над Россией в региональном масштабе. Но этот перевес пока не фатален, ибо Россия сохранила военное присутствие в Приднестровье, Крыму, Абхазии, Южной Осетии и Армении. Тем самым она поддерживает малый пояс безопасности своих южных геополитических рубежей, протянувшийся от Приднестровья через Крым и далее на Кавказ.

И всё-таки соотношение сил на Чёрном море по линии НАТО-Россия явно не в пользу последней и оценивается примерно как 5 к 1 (1). Более того, нынешний Черноморский флот по своей мощи в 4-5 раз уступает ВМС Турции. Если в советское время он насчитывал 835 кораблей и судов всех существующих классов, а его личный состав превышал 100 тыс. человек, то теперь на ЧФ осталось около 50 боевых кораблей плюс полторы сотни вспомогательных судов и приблизительно 20 тысяч личного состава, не считая морской авиации.

Но он по-прежнему способен обеспечить защиту Северного Причерноморья. Флот и специфика его базирования служат важным компонентом сложившегося в Причерноморье статус-кво, поддерживающего сложную систему региональной безопасности. Эксперты предупреждают, что прекращение базирования ЧФ в Крыму наверняка приведёт к большим потрясениям в масштабах всего Черноморского бассейна (2).

Несомненно, Россия твёрдо намерена укрепиться в Большом Причерноморье и решительно отстаивать свои интересы. Наиболее выразительно это подтверждают последние военные учения в регионе, среди которых наиболее внушительными стали «Кавказ-2012», военно-морские учения в акваториях Чёрного и Средиземного морей, а также недавно проведенные «внезапные» военные учения в Краснодарском крае и районе Чёрного моря. Все эти манёвры проходили при активном участии сил Черноморского флота. Однозначно, без наращивания военно-морского присутствия на Чёрном море России не удастся усилить свои политические позиции в регионе. И в последние годы осознание Москвой этой истины понемногу начало приобретать практическое выражение.

Средиземноморский вектор и его ближневосточные мотивы

Тяга России к Средиземному морю обнаружилась не сегодня, не год и даже не двадцать лет назад. Всё началось с триумфальных морских походов эскадр Балтийского флота в зону Эгейского моря, предпринятых в ходе русско-турецких войн 1768-1774 гг. и 1806-1812 гг. Но, пожалуй, наиболее знаменит средиземноморский поход вице-адмирала Фёдора Ушакова 1798-1800 гг., апогеем которого стало взятие, совместное с турками, острова Корфу, захваченного французскими войсками.

Средиземноморские устремления никуда не исчезли и в советский период истории. Они материализовались в виде 5-й Средиземноморской эскадры ВМФ СССР, служившей главным инструментом советского политического влияния на Ближнем Востоке, которое наиболее ярко проявлялось во время арабо-израильских конфликтов. После распада Союза России пришлось свернуть своё постоянное военно-морское присутствие в Средиземноморском бассейне. Неудивительно, что это обстоятельство мгновенно отразилось на позициях России в Ближневосточном регионе и на Балканах.

С какой стороны ни смотри, последствия «арабской весны» никак нельзя назвать приемлемыми для интересов России на Ближнем Востоке и в странах Магриба. Нет смысла отрицать наличие связи между демонстративным появлением российских военных кораблей у сирийских берегов и гражданской войной в этой стране. Но и другая крайность – чрезмерная политизация этой темы – зачастую оставляет на втором плане тот факт, что Россия арендует в сирийском Тартусе причал под пункт материально-технического обеспечения (ПМТО) своего ВМФ.

Так или иначе, бездействие в Средиземноморье чревато для России появлением больших трудностей, в том числе расширением пространства «управляемого хаоса» вплоть до российских государственных границ. События последних лет убедительно показали, что Москва пытается активно влиять на военно-политическую обстановку в Средиземноморском регионе. И в этом процессе не последнюю роль играет Черноморский флот. Так, в конце прошлого года на расширенном заседании Военного совета ЧФ было объявлено о фактическом возобновлении постоянного военно-морского присутствия Черноморского флота в Средиземном море (3). А в конце января Россия впервые за последние десятилетия провела крупномасштабные военно-морские учения в акваториях Чёрного и Средиземного морей, стянув туда группировку из 20 кораблей трёх флотов, 3-х подлодок, самолетов дальней авиации и 4-го командования ВВС и ПВО. В общую тенденцию встраивается заявление нового министра обороны России Сергея Шойгу: «Принято решение о формировании управления оперативного соединения ВМФ в средиземноморской зоне, где силы флота будут находиться на постоянной основе» (4).

Украинский тупик или «газофлот» в действии

На протяжении последних двадцати с лишним лет черноморская флотская проблематика не уходит из повестки дня российско-украинских отношений. В двустороннем диалоге она неизменно приобретает политический окрас и сводится к проблеме пребывания Черноморского флота в Крыму.

За свою 21-летнюю историю эта тема успела пройти несколько фаз, характерных нарастанием напряжённости и плавной стабилизацией. Высшей точкой последней стабилизационной стадии было заключение Харьковских соглашений в апреле 2010 года. С этого момента начался новый цикл, связанный с нарастанием напряжённости вокруг вопроса дислокации Черноморского флота.

На сегодняшний день наблюдается расхождение в подходах двух стран к базированию ЧФ в Севастополе. Москва рассматривает флот как составную часть системы своей национальной безопасности и фактор общерегиональной стабильности. Отношение же Киева к присутствию ЧФ в Крыму претерпевало некоторые изменения при каждом новом президенте Украины. Но кто бы ни находился у штурвала украинской власти, он неизменно рассматривал флот как аргумент в споре с Россией и болевую точку последней. Бесспорно, градус напряжённости вокруг проблемы базирования флота существенно снизился после избрания Виктора Януковича президентом и заключения Харьковских соглашений. Но несколько позже стало очевидно, что в высоких украинских кабинетах не изменилось само восприятие Черноморского флота. Его нахождение в Севастополе по-прежнему расценивается Киевом как важный козырь в переговорах с Россией по вопросу снижения цены на газ.

Модернизация боевого состава ЧФ

Быстрое и конструктивное решение этой проблемы в отношении кораблей, дислоцирующихся в Крыму, интересует в первую очередь Россию, испытывающую геополитическую потребность в поддержании военно-морских позиций на Чёрном море и восстановлении таковых в Средиземноморье. Но пока Белокаменной не удаётся получить заветное согласие Киева. По этому поводу в Минобороны России вполне справедливо обвинили украинскую сторону в препятствовании обновлению корабельного состава и вооружений ЧФ (5).

Тем временем Украина остаётся в своём репертуаре, продолжая выискивать поводы для затягивания вопроса. Например, посол Украины в РФ Владимир Ельченко в конце марта заявил о возможности модернизации флота лишь в соответствии с отдельным двусторонним соглашением, о замене кораблей по принципу «тип на тип, класс на класс». При этом он подчеркнул, что эта процедура не должна привести к усилению флота в регионе (6).

Однако соглашением о статусе и условиях пребывания ЧФ на территории Украины от 1997 года России разрешается размещать в Крыму до 388 кораблей, в т.ч. 14 дизельных субмарин. Нынешний боевой состав Черноморского флота по иронии судьбы является самым старым из всех флотов России. С военной точки зрения его базирование в Севастополе без обновления своего состава теряет основной смысл. Если следовать логике украинского дипломата, то защищать южные рубежи Украины может оказаться просто некому.

Тем временем на российских верфях для Черноморского флота строится шесть фрегатов проекта 11356 и столько же дизельных подводных лодок проекта 636. Первый фрегат «Адмирал Григорович» уже в этом году будет спущен на воду, а в 2014-м пополнит состав ЧФ. Остальные фрегаты и подлодки будут достроены в течение ближайших лет. Также ожидается поступление на флот семи боевых катеров и иных кораблей, а для морской авиации – самолётов Су-24М.

В России осуществляется федеральная целевая программа по созданию пункта базирования ЧФ на территории РФ в 2004-2020 годах. В ее рамках развернуто строительство инфраструктуры Новороссийской военно-морской базы, позволяющей обеспечить техническое и сервисное обслуживание кораблей различных классов, размещения долговых подразделений.

Создание системы базирования ЧФ в районе Новороссийска иногда ошибочно трактуют как подготовку к выводу Черноморского флота из Севастополя.

Совсем недавно по этому вопросу предельно чётко высказался командующий ЧФ А. Федотенков. «Севастополь – это город русских моряков, и до 2042 года мы отсюда уходить не собираемся. Более того, все мы надеемся, что эта дата не окончательная», – сказал контр-адмирал (7). Учитывая, что в Севастополе находится 70% всей флотской инфраструктуры, а по удобству бухт на всём Чёрном море не найдётся ему равных, такие слова Федотенкова не кажутся праздными.

Это подтверждается и в заявлении главнокомандующего ВМФ РФ адмирала Виктора Чиркова. По его словам, Новороссийская военно-морская база (НВМБ) Черноморского флота России не создается взамен Севастополя. «Ни в коем случае. Севастополь остается основным пунктом базирования кораблей ЧФ. Но существует программа развития НВМБ, которая также должна обеспечить базирование кораблей, включая создание учебных центров, где личный состав будет заниматься профессиональной подготовкой, например в классах по борьбе за живучесть кораблей», - сказал Чирков (8).

Таможенные пошлины и налоги на грузы для нужд ЧФ

Инцидент произошёл в ноябре прошлого года, когда севастопольские таможенники не пропустили 14 тысяч тонн дизельного топлива для Черноморского флота без оплаты ввозных пошлин и налога на добавленную стоимость. Российский МИД объяснил отказ оплачивать таможенные сборы тем, что это противоречит украинскому законодательству и базовым соглашениям по флоту (9). Украинская же сторона в лице Гостаможслужбы настаивала на оплате таможенных пошлин и налогов в полном объёме (10). К слову, эта проблема не разрешена до сих пор. Дошло до того, что российские корабли начали практику заправок в нейтральных водах.

Примечательно, что предложение России о готовности вкладывать все средства, вырученные в случае отмены Украиной таможенных сборов, в развитие социальной инфраструктуры Севастополя пока остаётся неуслышанным украинской стороной. А эти 10-15 млн. долл. в год вряд ли были бы лишними для города. Хотя даже без этих потенциальных вложений Черноморский флот остаётся одним из главных и незаменимых источников наполнения казны города-героя, да и Украины в целом.

В конечном счёте выпады Киева против Черноморского флота являются производными от одного – «газофлотского» проблемного узла. Пока он не распутан и есть все основания ожидать, что Украина и впредь будет целить в ахиллесову пяту России – базу Черноморского флота в Крыму.

***

«Черноморскому флоту – быть!» – эта установка не является дискуссионной в России. Каков его будущий облик: символическая флотилия или полноценное оперативно-стратегическое объединение, зона ответственности которого охватывает Средиземное море? Москва для себя на этот вопрос уже ответила.

1. http://www.olvia.idknet.com/ol243-06-10.htm

2. http://novoross.info/politiks/15423-vyvod-chernomorskogo-flota-rossii-iz-kryma-privedet-k-haosu-v-regione-tureckiy-ekspert.html

3. http://www.armstrade.org/includes/periodics/news/2012/1130/091515935/detail.shtml

4. http://www.gazeta.ru/politics/news/2013/03/11/n_2792461.shtml

5. http://www.itar-tass.com/c12/708769.html

6. http://interfax.com.ua/news/interview/146649.html

7. http://www.redstar.ru/index.php/component/k2/item/8933-23-desyatiletiya-na-sluzhbe

8 http://www.rbc.ua/rus/news/politics/sevastopol-ostaetsya-osnovnym-punktom-bazirovaniya-korabley-12052013132500

9. http://podrobnosti.ua/power/2012/11/27/873085.html

10. http://lb.ua/news/2012/11/28/180482_tamozhnya_pozvolit_chernomorskomu.html

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору