Информационно-аналитическое издание

Гарант перед зеркалом, или Дума об официальных лицах

Версия для печатиВерсия для печати
Горячее желание Петра Порошенко получить второй срок президентства иногда принимает патологические формы. Из неофициальных источников стало известно, что, стремясь угодить своим западным кураторам, он собирался выслать из Украины не тринадцать, а четырнадцать российских дипломатов, чтобы твёрдо закрепиться среди «наказавших Россию» на третьем месте после США и Великобритании.
 
Из ленты новостей.
                                   
Я книгу взял, восстав от сна,
И прочитал я в ней:
«Бывали хуже времена,
Но не было подлей».
 
             Н.А. Некрасов, «Современники».
 
Краса лица – примета счастья,
Гласят законы бытия.
А если речь о лицах власти?
О, тут особая статья!
 
Лицо такое нужно холить,
И чтоб излишеств никогда.
А коль владелец алкоголик?
Тогда беда, тогда беда…
 
Туманным утром Порошенко
Стоял у зеркала, дрожа:
– Ну что, лицо? Спасибо! Сенькью!
Меня ты режешь без ножа!
 
Лицо страны почти что свято!
Лицо как знамя власти, слышь!
А ты чего же так измято
И каждой клеточкой дрожишь?
 
В ответ случилось будто чудо.
Вдруг стало в зеркале черно.
Лицо взгянуло жёстко, чуждо.
И грозно молвило оно:
 
– Петро! Второго хочешь срока?
Что, мало ты наделал зла?
Ведь ты уже нахапал столько,
Что скоро лопнешь от бабла!
 
Пусть на бюджет и граждан чувства
Тебе плевать. Ты – паразит.
Но не устал ли от холуйства?
Ну самого-то не тошнит?
 
Буквально лезешь вон из кожи:
«Нас примут в НАТО и ЕС!»
Тебе плюёт Европа в рожу,
А ты хихикаешь: «Йес, йес!»
 
Ты гонишь русских дипломатов,
Мол, я России первый враг.
Зачем? Ах да, тебе, как плату,
Дадут ещё набить общак.
 
Ты предал веру, Православье
(Иуда – твой духовный брат).
То филаретовец лукавый,
То профашистский униат.
 
А что в стране твоей творится?
Аваков, Климкин и Супрун.
Пришли во власть такие лица,
Что всё порушат и сопрут.
 
Введут латиницу законом,
Лечиться больше не моги!
А если где услышат стоны,
Велят погромче сделать гимн.
 
А знаешь, Петя, в милом крае,
Где ты поставлен у руля,
Ты ненавидим, презираем,
Ты для народа – червь и тля.
 
Тля точит всё, что чисто, важно,
Мир превращая в прах и тлен.
И лишь для СМИ твоих продажных
Ты, Петь, гарант и президент.
 
Спрошу последнее. Не стрёмно
Нести преступника печать?
Ведь час пройдёт лихой, погромный –
Тебе придётся отвечать.
 
И тут лицо исчезло вовсе.
И там, в зеркальной глубине,
Петро себя увидел. Осень.
Большая яма. Он – на дне.
 
Лежит и видит, как проходят
Мужчины, дети, старики.
Подходят к яме, держат вроде
С деньгами сумки и мешки.
 
И на него бросают в яму.
Всё это молча, не спеша.
А он кричит от страха: «Мама!»,
Поскольку нечем уж дышать.
 
Петро хрипит и…сон расстаял.
У зеркала валялся он.
В глазах туман, а где-то с краю
Упорно тренькал телефон.
 
– Алло, Петго! Дадим им жару!
Всех подведём под приговор!
Несло из трубки перегаром.
Звонил державный прокурор.
 
– Есть новый заговор! Всё чисто!
Вещдоки сделают друзья!
Клянусь я званием юриста –
Украйна будет вновь твоя!
 
Пойдёшь рулить повторным сроком!
Всё отожмёшь, что не отжал.
А чтоб не стало одиноко,
И я с тобой! И он заржал.
 
Украйна, бедная! Напасти
Пришли искать твоей души.
Да, это лица твоей власти.
Они не очень хороши.
 
Здесь описать Некрасов нужен.
Щедрин, чтоб правда стала злей.
Да, были лица и похуже,
Но точно не было подлей.
 
                                              
Художник Илья ГЕЛЬД
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору