Информационно-аналитическое издание

От идеологии социального протеста к мировому халифату (III)

Версия для печатиВерсия для печати

Часть I

Часть II

Официальные представители Духовного управления мусульман Крыма – ДУМК, организационно полностью подчиненные реализации интересов главного представительного органа крымских татар «Милли Меджлиса», практически на каждом более или менее значимом мероприятии поднимают вопрос о постоянно растущей популярности радикальных течений в исламе. Причем процесс этот охватывает не только рядовых «практикующих» мусульман, но и наиболее образованную и влиятельную среди верующих прослойку – имамов городских и сельских мечетей.
 
Нередкими стали на полуострове случаи, когда имам городской мечети, одновременно являющийся руководителем объединения мусульманских общин своего региона (которое, как правило, структурно входит в ДУМК и ориентируется на центр в Симферополе при соборной мечети «Кебир-Джами»), выступает неформальным лидером местной ячейки «Хизб ут-Тахрир» либо сочувствует ее идеологии. Что касается деятелей т.н. «автономных религиозных общин», не признающих над собой верховенство ДУМК, то вполне очевидно, что неудовлетворенность проводимой муфтиятом программой развития ислама в Крыму приводит их к подобному выбору. Однако западными экспертами, достаточно глубоко изучившими идейно-политические и структурные основания деятельности партии, не раз подчеркивалось, что функционеры «Хизб ут-Тахрир» ориентируются не столько на маргинальные слои мусульман, сколько на тех представителей уммы, которые способны оказывать влияние на паству. К подобной категории, безусловно, относятся имамы – духовные лица, непосредственно общающиеся с населением и участвующие в решении его проблем.
 
Реальным свидетельством становится распространение собственно «арабской» модели ислама. Конечно же, для человека, мало знакомого с внутренним содержанием и направлениями современного мусульманства, подобное может показаться странным. Однако для крымских татар, традиционно воспитывавшихся в соответствии с традициями турецкого ханафитского ислама, это, действительно, серьезная перестройка под новые мазхабы (философско-правовые школы, по-разному трактующие нормы отправления культа).
 
Все больше появляется в Крыму сторонников «очищения» ислама, тяготеющих к салафитской (фундаменталистской) интерпретации. Турецкие интерпретации отдельных положений мусульманского вероучения подвергаются ими весьма обстоятельной критике как отклонение от первоначальных канонов ислама – «бид'а», т.е. греховное нововведение.
 
Хотя они и не стремятся открыто позиционировать себя в качестве сторонников исламского радикализма, зачастую в своих высказываниях отмечают, что на мировом уровне сегодня происходит геноцид мусульман, и Крым в этом плане не является исключением. Поэтому единственным справедливым выходом из сложившейся ситуации, по их мнению, должно стать укоренение в жизни мусульманских народов норм шариата. Отличительной чертой идеологии «Хизб ут-Тахрир» является тезис о том, что для этого не требуется коренное (революционное) изменение существующей социальной системы, все должно произойти само собой по мере осознания обществом важности построения новой системы на основе канонов ислама. Роль же партии заключается в том, чтобы донести до «заблудших» масс истинный ислам в своей интерпретации, вести просветительскую работу, способствуя более глубокому изучению и пониманию роли ислама и исламской идеологии. Вместе с тем политическая власть в любой ее форме ими не признается в качестве легитимной. В свою очередь, возникновение государственного образования халифата должно произойти вследствие естественной замены существующих социальных институтов институтами исламскими.
 
Крымско-татарская молодежь, сознание которой сформировалось в период политической нестабильности в Украине и жесткой адаптации к условиям жизни в Крыму после длительной депортации, в ситуации глубокого духовно-нравственного кризиса, легко подхватывает пропагандируемые «Хизб ут-Тахрир» идеи, поскольку видит в них луч надежды на национальное возрождение под знаменем ислама. Как правило, основной костяк сторонников партии составляют представители маргинальных слоев крымско-татарского общества с низким образовательным статусом, в возрасте от 16 до 30-35 лет. В силу слабой религиозной грамотности основными авторитетами для них становятся либо местные духовные лидеры, либо в случае их отсутствия или неприятия по каким-либо причинам – руководители «автономных» религиозных общин, ячеек «Хизб ут-Тахрир». При отсутствии религиозного образования, а равно и способности отличить истинное знание от ложного, молодежь легко проникается экстремистскими идеями. Это создает благотворную почву для роста социальной базы партии в АРК.
 
Сторонники идеологии исламизма, проповедуемой «Хизб ут-Тахрир», выступают крайними противниками крымско-татарского национализма и пантюркизма, апеллируя к тезису о необходимости культурной и религиозно-политической интеграции мусульман во всемирном масштабе в рамках халифата. По их мнению, национализм есть основное препятствие в борьбе против геноцида мусульман, которое способствует разобщению мусульманской уммы по признаку этнической принадлежности. Крым же, ввиду наличия на его территории крупной мусульманской общины, должен быть со временем интегрирован как часть халифата. В противовес пантюркистским идеям о первичности единства тюркских народов, а также о роли ислама как части национальной культуры крымских татар выставляется идея общности всех мусульман в рамках мировой уммы. Религиозная идентичность ставится выше идентичности этнической, которую представители т.н. «светского национализма» - Мустафа Джемилев и его ближайшие последователи – долгие годы пропагандируют в качестве основного положения своей идеологии.
 
В противовес некогда популярным пантюркистскому и националистическому течениям ныне в крымско-татарской среде укрепляются панисламистские веяния, что, в первую очередь, связано с возрастанием противоречий внутри крымско-татарского национального движения, снижением авторитета его лидеров. Для «националов» же это равносильно жирной точке на всей их декларируемой стратегии, поскольку провозглашаемый «Хизб-ут-Тахрир» приоритет исламской идентичности над этнической угрожает растворить реальную «крымско-татарскую проблематику» в безбрежном море утопической борьбы за всемирный халифат.
 
ДУМК в силу объективных и субъективных причин оказался не в состоянии восполнить духовный вакуум, возникший за счет длительного исторического отрыва большей части крымских татар от канонических норм традиционного ханафитского ислама. Сегодня он заполняется иными, более жесткими толками и псевдоисламскими экстремистскими течениями сектантской направленности.
 
ДУМК в свое время предпринял попытки нанести удар по позициям «Хизб ут-Тахрир», которые, однако, успехом не увенчались. Хотя несколькими годами ранее имамы восьми мечетей – гг. Белогорска, Джанкоя, Алушты, а также ряда сельских мечетей Белогорского, Джанкойского, Нижнегорского и Бахчисарайского районов, объявленных членами партии, были отстранены от занимаемых должностей, численность сторонников партии лишь возросла. И надо сказать, что избранная ими стратегия проникновения в сообщество служителей культа дала весьма ощутимые плоды. Примером тому служит ситуация, когда в ответ на смещение имама мечети «Юкъары джами» в Алуште члены местной мусульманской общины (более 200 человек) направили в ДУМК заявление, в котором выразили несогласие с фактом увольнения имама Э. Кадырова. Решение муфтията авторы заявления назвали противоречащим шариату и потребовали восстановить имама в должности. Аналогичная ситуация имела место и в Симферополе в связи со смещением имама центральной мечети Крыма, которое последовало вслед за обвинениями в его адрес в связях с «Хизб ут-Тахрир».
 
Прогнозы ведущих экспертов отчетливо свидетельствуют, что официальное мусульманское духовенство Крыма будет продолжать терять свои позиции как легитимный духовный орган крымских татар. Сегодня у ДУМК фактически отсутствует ресурс для оказания влияния на общественное мнение и настроение мусульманской общины Крыма. Решения муфтия не всегда выполняются имамами городских, районных и поселковых мечетей. Локальные «автономные общины» замыкаются на себя, превращаясь в закрытые структуры, способствуя не только «атомизации» религиозной жизни крымской уммы, прорастанию на полуострове разнородных исламистских сил, но и все большей анклавизации полуострова по этно-конфессиональному принципу.
 
Страшно даже подумать, к чему все это может привести...
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору